Агентство Русской Информации - АРИ



На главную » Тора » еврейская философия

версия для печати
Оторваться от земли
14 Ноября 2008
Вера и безверие

В недельной главе “Ноах” сказано: “И Я вот, наведу потоп, воду на землю, чтобы истребить всякую плоть, в которой есть дух жизни, под небесами; все, что на земле, скончается. Но с тобою Я установлю Мой союз, и войдешь в ковчег ты и сыновья твои, и жена твоя, и жены сынов твоих с тобою. А от всего живущего, от всякой плоти по два из всех введешь в ковчег, чтоб они остались с тобою в живых; мужского пола и женского пусть они будут” (6:17-19).

Комментируя слова “от всего живущего”, Раши дает следующее неожиданное пояснение: “афилу шеддим” - “даже от бесов”. Итак, среди живых существ, спасенных в ковчеге Ноаха, находились также и… демоны, которых Тора по существу отождествляет с “чужими” языческими богами, как сказано: “Богами чуждыми они досаждали Ему, и мерзостями разгневали Его. Жертвы приносят бесам (“шеддим”), не Б-гу, божествам, которых они не знали, новым, недавно явившимся, не страшились их отцы ваши. Создателя, сотворившего тебя, ты забыл, и забыл Б-га, тебя создавшего” (Дварим 32:16-18). Итак, “чужое служение”, служение божествам других народов, связывается Торой со служением… бесам, которым было дано уберечься от вод потопа.

Нередко у людей, впервые сталкивающихся с иудаизмом, или даже просто с израильским законом о возвращении (испытавшим известное влияние со стороны иудейских представлений), возникает определенное недоумение: почему еврей-безбожник воспринимается как еврей, а еврейство того, кто верит как-то иначе, чем его отцы, подвергается сомнению, и отношение к нему в целом хуже?

Казалось бы, разве не лучше (во всяком случае с религиозной точки зрения) верить хоть как-то, чем не верить совсем? Ведь если, придерживаясь одного мировоззрения, тот же самый человек совершит меньше грехов, чем держась другого, то ему следует предпочесть первое. Например, еврейка-атеистка может с легкостью убить своих внутриутробных детей, в то время как если бы она была христианкой или буддисткой, то наверняка сочла бы аборт неприемлемым. Почему бы тогда еврейку-христианку не предпочесть еврейке-атеистке?

В отношении так называемых “украденных младенцев”, то есть евреев, с детства незнакомых с иудаизмом, позиция, конечно, не столь сурова. И все же религиозные искания “украденных младенцев” за стенами синагоги воспринимаются в еврейском мире достаточно нервозно. В целом от них ожидается как будто то же самое: ну и оставались бы атеистами, зачем в чужую веру обратились?

Может быть не во всех аспектах, но, по крайней мере, в каком-то достаточно важном плане, еврей, исповедующий чужую веру, теряет больше, чем воздерживающийся от любой веры еврей-агностик. Агностик - это как бы человек, оказавшийся в состоянии невесомости, никакая традиция не притягивает его к себе, никакая традиция не влияет на него действенно, в то время как человек иной веры - это человек, как бы испытывающий на себе притяжение не родной планеты, а другого небесного тела.

На первый взгляд приведенная мною аллегория может показаться говорящей как раз в пользу плюрализма. В самом деле, какая разница, какое притяжение испытывать - земное или марсианское? Вес - он и в Африке вес. Главное чтобы притяжение было, главное, чтобы человек находился в соответствующем ему гравитационном поле. Как известно, от длительной невесомости развиваются различные недуги, и повторная адаптация к гравитации идет нелегко. При наличии же любого другого небесного тела всех этих осложнений можно избежать, и человек будет чувствовать себя вполне прилично. Так бы оно и было, если бы притяжение носило только физический аспект, но ведь у него - как и у всего другого на свете - имеется также и аспект метафизический.


Летающие тарелки

Все, что совершается на земле, имеет свой прообраз, свой небесный смысл. Как выразился рабби Моше Хаим Луцато: “Один из великих принципов, которыми мы обладаем, гласит, что всему, что есть в нижних мирах, соответствуют наверху трансцендентные силы”. В Талмуде же сказано: “Небесное царство похоже на земное” (Брахот 58-а). Уже сама внешняя канва этих высказываний - но главным образом их внутренняя суть - невольно возбуждают вопрос: А какой метафизический смысл может соответствовать физическому выходу из “нижнего” земного мира “наверх”, в открытый космос?

Ведь выйти в открытый космос - это не то же самое, что подняться в воздух подобно птице. Птицы - родные дети земли. Они, конечно, сродни ангелам, они как бы отрываются от почвы, но нить земного притяжения однозначно возвращает их к нашим земным делам. То же и авиация: “парни, которые раньше всех увидели небо”, отличаются от парней, вышедших за пределы атмосферы и преодолевших земное притяжение. Астронавтика решительно отличается от аэронавтики. Астронавты порывают не только с землей, они порывают в каком-то смысле и с небом, с голубым небом земной атмосферы. Духовное измерение их свершений головокружительнее и загадочнее того дела, которое совершает пилот самолета.

Как я уже отметил, в мире идей выход в открытый космос явственно соответствует агностицизму. Но чему тогда может соответствовать земное притяжение? Разве его не естественно воспринять как притяжение к родным пенатам? А притяжение, например, к Луне - как притяжение к “чужому служению”?

Углублению в этот предмет нам может помочь экскурс в историю того, как осваивается человеком это ближайшее к нему небесное тело. Даже не сведущий в астронавтике человек способен сообразить, что Луна должна являться весьма важным и перспективным объектом. Помимо возможности проведения множества исследований, Луна представляет собой естественный плацдарм для завоевания космоса.

Как мы помним, в прошлом веке американские астронавты не раз высаживались на Луне, и исследовательская работа шла полным ходом. Почему же полеты прекратились? Почему русские не попытались повторить американские успехи? Почему Луна как будто бы потеряла всякий интерес в глазах землян?

Как-то я посмотрел документальный фильм, в котором утверждалось, что сворачивание лунных программ было вызвано тем, что астронавты сталкивались с летающими тарелками, которые совершенно запугали их своими технологиями. В частности, в фильме утверждалось, будто бы в каком-то интервью Армстронг проговорился, сказав: “нам дали понять, что место занято”. Я не могу сказать, что с полным доверием отношусь к этому утверждению, но на мой взгляд оно не только (хоть как-то) объясняет утрату всякого интереса человечества к Луне, но и неплохо вписывается в общую канву “духовной интерпретации” идеи земного притяжения.

Но прежде чем сказать об этом, по-видимому, необходимо небольшое отступление относительно НЛО: первое упоминание о “тарелках” и “пришельцах” относится к 1948 году (хотя некоторые источники указывают и тридцатые годы). Причем похоже, что до ХХ-го века с ними действительно никто не сталкивался. В самом деле, хотя сфотографировать “тарелку” далеко не всегда удается, зарисовать ее совсем не трудно. Даже ребенок может это сделать. Почему же тогда ни один земной живописец, живший в 19-ом веке и ранее, не оставил нам ни одного наброска “тарелки”?

Загадочных видений всегда было немало, но никто с такими “моделями” явно не сталкивался. Между тем если речь действительно идет о высоких “технологиях”, созданных внеземными цивилизациями, то едва ли они появились в столь сжатые сроки, чтобы в считанные годы наводнить нашу планету.

Характер поведения “тарелок”, а в особенности их “экипажей”, поразительно напоминает дьявольское наваждение: внезапное появление и исчезновение (очень часто сопровождающееся характерными колебаниями воздуха), не только чтение мыслей “землян”, но и блестящее знание их языков, блеклый и безжизненный черный юмор - эти и многие другие особенности наводят на мысль, что мы имеем дело не с телесными разумными существами с далеких планет, а с бестелесными духами из преисподней, нашедшими все же в свое время прибежище в ковчеге Ноаха.

При этом их множественное появление именно на Луне, а не просто в безвоздушном пространстве (ведь с орбитальных станций никто землян вроде бы не сгоняет) показывает, что сложности возникают не столько в отсутствии всякого притяжения, сколько при наличии притяжения “чужого”. Я не удивлюсь, если при высадке человека на поверхности Марса вдруг выяснится, что и там “место уже занято”.

Создается впечатление, что оторваться от земли в физическом плане (в соответствии с “великим принципом, которым мы обладаем”) - означает оторваться от нее также и в плане духовном, а попасть в гравитационное поле иного небесного тела - означает нарваться на “чужое служение”, на “чужих богов”.

Сказанное, разумеется, не значит, что астронавтика представляет собой род идолослужения, или что она не угодна Вс-вышнему. Сказанное означает лишь то, что астронавт, похоже, существенно меньше защищен от демонических козней, нежели пилот или автолюбитель.
Другие статьи этого автора
Все авторы «Седьмого канала»


  На главную   |   Новости   |  В Израиле   |  В мире   |  Здоровье   |  Досуг   |  Тора   |  Публицистика   |  Связь с нами   |  Реклама на 7kanal.com   |  פרסם אצלינו   |  Посещаемость/Traffic
Седьмой Канал  Новости Израиля  
Дизайн и программирование  BINAMICA-Web Design In Israel  

встраиваемые пароварки siemens